Я всегда мечтала побывать в цыганском лагере, понять этих странных людей. Но как это сделать: не подойдешь же к ним на улице со словами «Хочу к вам в гости». Да и цыгане внушают почти мистический страх своими гипнотическими способностями. Однако известно: кто ищет, тот найдет. Так и произошло: я поехала в Одессу на одно событие в качестве фотографа. На том событии встретилась с известным «кулинаром» Борисом Бурдой и пошла с ним погулять по городу. И вот нас внезапно атаковала группа цыганок. На удивление, они не предлагали погадать, не пытались выманить деньги: узнав Бурда, пригласили его попробовать цыганской кухни на свадьбе в ближайшие выходные. Он, конечно, только вежливо покивал головой. А для меня это был шанс!

Утрутившись в их разговор, я заявила: «Давайте адрес, я приеду».
Признаюсь: Ехать было страшно. Взяла лишь неказистый с виду фотоаппарат, пленки и мелкие деньги на дорогу. Все остальное (паспорт, деньги, билеты) оставила в камере хранения на вокзале. Лагерь, куда я приехала, десять лет назад осел в поселке неподалеку от Одессы. Женщины там, как и положено, промышляющих гаданием; чем занимаются мужчины, понять так и не удалось. Мою новую подругу звали хризантемой, искать ее жилище пришлось долго. Наверное, многие из тех, кому она «наколдовала», хотели бы найти ее.

Моему появлению цыганка, как весь лагерь, удивилась. Через несколько минут к нам подошли гонцы здешнего цыганского барона: «Кто такая, зачем пришла?” Цыгане – хорошие психологи, я откровенно отвечала на все их вопросы. Вскоре на столе появилась бутылка холодного шампанского и закуска – вобла. Еще через час меня начали одевать к походу на свадьбу – негоже идти на такой праздник в джинсах!

Следует признать, что цивилизация коснулась и цыган: вместо лошадей иномарки, вместо гитар – концертный рояль Bluthner. Наивная, я начала было играть «Мохнатый шмель», как услышала: «Хватит тебе, это уже устарело. «Владимирский централ» можешь? “…

Однако, есть здесь и неизменные традиции, а именно: пару детям выбирают родители, несмотря на их мнение. А чтобы не возникало искушение противоречить, то на свадебный рушник цыгане становятся в 14-15 лет. На празднике, куда я попала, жениху было 16. Он имел растерянный вид. Зато невеста, увешанная килограммами золота времена царя Николая, веселилась как могла. Гости не отставали: шампанское лилось рекой, ансамбль музыкантов играл русскую попсу, старый барон принимал знаки внимания. Всех интересовала лицо непонятного фотографа в цыганской юбки – раз за разом я сдавала экзамены по терпения.

Но время собираться на поезд. Новые друзья, Хризантема с мужем Драго, обнимают меня на прощанье: «Знаешь, ты понравилась нашему лагерю. Теперь ты наша. Приезжай как можно быстрее ».