Я захожу внутрь небольшого деревянного сруба с зеленым крестом и надписью Bergrettungsdienst. Около тридцати мужчин громко разговаривают, смеются и пьют пиво.

Почти все смотрят прямую трансляцию чемпионата мира по скоростному спуску среди женщин, который проходит на соседней горе. «У-у-у», – раздается дружное вздох после падения одной из участниц.

- Пиво, чай, кофе? – Предлагает Ганс-Юрген Бачер, руководитель спасательной службы австрийского региона Шладминг. Уже десять лет он в спасательном отряде.

- Чай, – скромно выбираю напиток и прислушиваюсь к шуму, пытаясь уловить хоть хоть какое знакомое слово на немецком.

Наконец-то вроде «украинский журналист» (ага, это про меня) и «лавинен. Сейчас состоится тренировка по поиску людей, которых накрыло лавиной.

Добровольная народная дружина

Сначала небольшой шок. Оказывается, все австрийские спасатели – не профессионалы.

Хотя нет… Они профессионалы в спасении, но денег за это не получают. Во всех гражданские профессии: работают учителями, продавцами, инженерами. Словом, имеют работу, позволяющая в любой момент ее покинуть без серьезных последствий (космонавт или авиадиспетчер не подходят) и по первому зову радиостанции отправиться на помощь. А радиостанция у каждого спасателя всегда при себе – даже ночью она находится в режиме ожидания.

- Ганс, а что тебе скажет босс, когда зайдешь к нему и скажи, что срочно нужно бежать кого спасать? Может, подумает, что ты просто хочешь полинять с работы? (Ганс-Юрген работает инженером в энергокомпании Шладминга.

- А вот мой босс, – смеется Ганс и указывает на мужчину за соседним столом. – Он также спасатель.

В Bergrettung, горной спасательной службе региона Шладминг, занято 37 добровольцев (за свою работу они денег не получают, и только 6 человек работают «на ставке».

Стать спасателем непросто и одного желания для этого недостаточно. Во-первых, нужно иметь хорошую физическую и профессиональную подготовку – хорошо кататься на лыжах, быть неплохим скалолазов, ориентироваться на местном рельефе т.д.

Во-вторых, нужно стопроцентная согласие всех без исключения членов спасательной команды. Если хоть один будет против (приводя убедительные аргументы, новичка до Bergrettung не возьмут. Но и включения в команду – это еще не все. Сначала – год испытательного срока. В случае успешного прохождения – две недели специальных тренировок: семь дней летом и семь – зимой. А дальше – полноправное членство в команде и ежемесячное многочасовое тренировки, как правило, по субботам.

Система рациональна. И действительно: зачем содержать штат людей, когда несчастные случаи происходят не так уж часто. По словам Ганса-Юргена, за год всего 10-12 раз голос у радиостанции вызывает их на спасение.

Почему они стали спасателями. Просто им это нравится, все выросли в горах, и это круто, когда ты помогаешь другим просто так, без денег.

Любишь кататься – могут и в саночках повезти (тьфу-тьфу-тьфу!)

13:30. Раздается команда о начале тренировки, все оставляют теплое помещение и высыпают на улицу. Падает пушистый снег, его радостно подхватывает ветер и залепляю им глаза. Спасатель Андреас показывает, что делать с человеком, которого вытащили из-под снега. Для этого самый молодой участник падает навзничь, изображая пострадавшего. Андреас подталкивает к нему Акко – специальные сани для перевозки травмированных. Затем одновременно несколько человек по команде подхватывают парня, мягко переводят в сани и заворачивают в какую ткани-фольгу. Это специальная вакуумная одеяло, которое сразу начинает согревать пострадавшего и выводит из состояния гипотермии (переохлаждения).

Наконец парня выпускают из лап вакуумной одеяла, и он радостно пристает в ряды спасателей.

В центр круга выходит парень в очках. Принимает какой-то прибор, нажимает кнопки и водит им в воздухе, при этом то гелгочучы. Ганс шепотом переводит мне на английском: «Это радиопеленгатор. Он засекает сигналы, поступающие из-под снежного завала, указывает направление и расстояние. Все внимательно слушают объяснения, потом становятся на лыжи и мчатся к ближайшему подъемнику. За две минуты тридцать секунд (так написано на подъемнике) восьмиместных кресла с подогревом сидений доставляет спасательную команду на вершину горы Планай – 1908 метров.

На этом приятную часть тренировки завершена.

Бег в снегах

Мы подходим к знаку «Закрыто» и, не останавливаясь, идем дальше, в заснеженный лес. За несколько метров правой ногой глубоко проваливаюсь в снег и приобретаю горизонтального положения. Снег целомудренно рыхлый, не испорчен ратраками или лыжниками. Высвободив правую конечность со снежного плена, делаю несколько относительно легких шагов (походка, если так можно назвать это действо происходит в горнолыжных ботинках), как проваливается левая нога. Чередуя провалы в снег с шагами по снежной кирци, просуваюся вперед за нашей группой. Уже через несколько минут становлюсь весь мокрый внутри от пота, а снаружи – от постоянного падения в снег. Жадно хватаю воздух (его почему-то с каждым шагом становится, кажется, все меньше. Хорошо хоть от пива отказался! Отрадно, что не одному мне так трудно.

Наконец пришли! Ханс дает мне прибор и еще раз показывает принцип его действия. Я включаю желтую штукенция, похожую на пульт от телевизора. На маленьком черно-белом экране появляются три человечки, стрелка и метка «30 метров». Значит так: у нас тут несколько человек, накрытых лавиной, направление – на ту пихту, расстояние – примерно 30 метров. Нужно действовать максимально быстро: если человек не побили лавиной сразу, они задохнутся под снегом от недостатка воздуха.

Приходится изображать бег в глубоком снегу. Видимо, так бегут лоси от волков. 20 метров, 10 метров, три, два, один и снова два … Теперь обратно … Находим относительный ноль, проводим линию на снегу и движем прибор перпендикулярно предыдущему направлении. Вот здесь это место! Ханс быстро достает легкую складные лопату и начинает копать. Вот оно – гордо вытягивает индивидуальный устройство, наши коллеги заранее спрятали глубоко в снег.

Моя радость находки меняется разочарованием: так мы сможем найти только тех людей, которые брали с собой в горы радиомаячки. Но большинство туристов о таких маяки даже не слышала!

Ханс понимает мое разочарование: действительно, такие устройства берут с собой экстремальные лыжники или сноубордисты, которые увлекаются фри-райд – катанием вне трасс. Они осознают, что вместе со свободой катания получают и возможность быть поглощенными лавиной. Поэтому следующее тренировки – найти под снегом обычных людей, попавших в беду без маячков.

Укол, еще укол!

Мы вереницей проходим все дальше от людных мест.

Раздается команда:

- Остановиться! Выстроиться в шеренгу! Достать копья! (Или шеста, но мне они почему казались копьями.

Все достают из рюкзаков легкие трубки, внутри которых пропущен нейлоновый трос, вставляют их друг в друга, закрепляют трос – и получается двухметровый копье.

- Стать плотно плечом к плечу!

Заранее выбегает знакомый парень в очках и командует:

- Айнс! (Раз!) – Все тридцать человек вместе делают шаг вперед, останавливаются и начинают быстро-быстро штрикаты в снег копьями дело и слева от себя.

- Айнс! – Опять раздается команда, и все повторяется.

- Айнс! – Шаг вперед, стоп, колет-колет.

Парню явно не хватает пистолета, а всем нам – военной формы. Прямо как на передовой… Через несколько минут группа тщательно прочесала метров двадцать, наконец раздается радостный крик: нашел! В дело вступают лопаты – и из снега появляется первый «спасен»: синий пластиковый мешок для мусора, набитый тряпками. Но группа не останавливается на достигнутом и продолжает поиски потерпевших: айнс, айнс, айнс.

Страницы: 1 2 3